В предвкушении прорыва

Новый стандарт. Мерное, поступательное развитие отечественного бизнес-образования, которое в этом году вправе торжественно отметить собственное совершеннолетие (первые школы и институты бизнеса, основанные на базе ведущих экономических вузов страны, появились в СССР в неспокойном 1988-м), было приостановлено громким заявлением. О том, что в недалеком будущем в России планируется создать две школы мирового уровня, призванные ворваться в авторитетные международные рейтинги и составить достойную конкуренцию таким безусловным грандам, как Гарвард и Стэнфорд, впервые заговорили летом 2005 года. Идея не показалась нереальной мечтой, потому что исходила от тридцати крупных российских бизнесменов во главе с президентом группы компаний “Тройка Диалог” Рубеном Варданяном и от министра экономического развития и торговли Германа Грефа и очень быстро приобрела статус одного из президентских проектов в образовательной сфере. Для реализации задуманного “идеологи” предложили объединить усилия бизнеса и государства, как это было сделано в Великобритании в 1960-е при создании Лондонской и Манчестерской бизнес-школ.

Вскоре были озвучены основные цифры и обрисованы некоторые детали. Одна школа будет создана в Москве “с нуля”, вторая откроется в Петербурге на базе факультета менеджмента Санкт-Петербургского госуниверситета. Столичный проект из-за своей фундаментальности обойдется дороже, – по предварительным расчетам, в $200-250 млн, петербургский “потянет” на $150 млн. Финансовое бремя между собой разделят государство (49%) и частные инвесторы (51%).

Если все пойдет по плану, обе школы распахнут свои двери уже в 2007 году – сначала для 50-60 человек каждая. Со временем на курс будут набираться 150-200 абитуриентов – как россиян, так и иностранцев, причем учить их будут на двух языках – русском и английском. Интернациональным будет и преподавательский состав. Точная стоимость здешних программ МВА пока не определена, но порядок цифр – $35-60 тыс. – сложно назвать демократичным. Сейчас в ведущих российских школах звание “Магистра делового администрирования” можно получить, отдав в среднем чуть больше $10 тыс., программа за $15 тыс. уже считается элитной. Заявленные цифры скорее родственны стоимости обучения в престижных западных бизнес-школах. Так что в этом вопросе громогласное заявление о “мировом уровне” полностью себя оправдывает.

Инициаторы проекта опубликовали развернутый “пламенный” манифест, в котором заявили, что конкурентоспособность страны и решение всех существующих социально-экономических проблем напрямую зависит от уровня ее управленческой элиты, что государству требуются менеджеры, способные грамотно реализовывать задуманные масштабные реформы и инфраструктурные проекты. Имеющаяся в России система бизнес-образования не способна в полной мере ответить на этот вызов времени – отечественные школы слабо ориентируются в том, что нужно отечественному бизнесу. И готовят не полноценных “топов”, мыслящих глобально и нестандартно, имеющих собственные замыслы и проекты, а “штампуют” менеджеров среднего звена, обучая их решению однотипных задач и “вставляя” в их головы готовые модели, которые рассматриваются как панацея в любых ситуациях и от всех бед. В результате получаются этакие бизнес-функционеры, неспособные справиться с проблемами, на решение которых они не были запрограммированы в процессе обучения.

Что же предлагают “проектировщики”? Прежде всего отказаться от идеи клонирования западных школ. И самим задать новый стандарт. Бизнес-школа XXI века, по мысли авторов национального проекта, обязана эффективно взаимодействовать с крупными компаниями – ведущие бизнесмены-практики должны выступать в роли преподавателей, организовывать мастер-классы, участвовать в проблемных семинарах и дискуссиях. Она обязана стать коммуникационной площадкой, своеобразным клубом, где в неформальной обстановке могли бы обмениваться идеями бизнесмены, государственные и общественные деятели. Слушатели программ должны участвовать в серьезных национальных и международных проектах, и образование должно быть тесно связано с практической деятельностью. Инициаторы проекта уверены, что подобная утопическая модель может быть создана в России в самой ближайшей перспективе.

Понятно, что для реализации амбициозного начинания даже многомиллионных финансовых вложений мало, нужны как минимум сильный преподавательский состав и серьезная научная база. И если с петербургским проектом все более или менее понятно (и опытные педагоги, и научный фундамент в наличии имеются), то московский проект вызывает еще более жаркие споры. Критики из числа конкурентов утверждают, что государство, решив вкладывать в создание бизнес-школ бюджетные деньги, могло бы выбрать партнеров из числа существующих учебных заведений на конкурсной основе. “Мне кажется, это не самый эффективный путь – инвестировать такие огромные, поражающие воображение деньги в подобный проект: мы, как и многие другие, создавали школу, обладая относительно небольшими средствами, и благодаря многолетнему труду чего-то достигли, – считает декан Высшей школы корпоративного управления Сергей Календжян. – Следовало бы отобрать бизнес-школы, которые, пройдя тяжелые испытания и познав “азбуку жизни”, выстояли в реальной конкурентной борьбе, и помочь им”. “Если удастся довести эти проекты до практической реализации, мы будем свидетелями серьезного передела рынка бизнес-образования”, – уверен директор по маркетингу Высшей школы международного бизнеса (ВШМБ) Юрий Тазов.

Тем временем. Смогут ли авторы проектов, взбудораживших российское образовательное сообщество, воплотить их в реальность – вопрос будущего. Что собой представляет российский рынок бизнес-образования сейчас? Исследование, проведенное компанией Begin group, выявило любопытные тенденции.

Во-первых, постепенно расширяется спектр предлагаемых школами специализаций, особенно это характерно для Москвы и Петербурга. Классическая программа “Общий и стратегический менеджмент” дополнилась “Финансовым менеджментом”, “Маркетингом”, “Управлением персоналом”, “Корпоративным управлением”. Юрий Тазов поделился с “Ф.” сомнениями насчет позитивности этой тенденции: “Основные специализации (стратегический менеджмент, маркетинг, финансы, HR, внешнеэкономическая деятельность) традиционны для любых бизнес-школ – в этом плане изменений нет. Появление дополнительных, часто весьма экзотических специализаций – работа маркетологов школ по освоению рынка. Если есть спрос, почему не готовить специалистов с дипломом, скажем, “МВА в пчеловодстве”? Хотя подобные вещи, конечно, нонсенс”.

Во-вторых, отмечено, что на большинстве модульных (очно-заочных) программ в бизнес-школах двух столиц в основном учатся слушатели из регионов России и ближнего зарубежья – преобладают представители Украины, Казахстана и Белоруссии. В-третьих, в российских школах примерно равное количество индивидуальных и корпоративных клиентов. Компании, направляющие сотрудников на обучение, как правило, оплачивают 100% его стоимости и таким образом “привязывают” к себе специалиста на несколько лет. В-четвертых, возросло число карьерных центров. В условиях усложнившейся ситуации на рынке труда их наличие является важным фактором при выборе бизнес-школы, а значит, и конкурентным преимуществом. “Рынок еще формируется, появляются свои ниши и сегменты. Программы отличаются друг от друга по типу, целевой аудитории (менеджеры высшего звена, среднего звена и т. д.), по формам обучения. В каждом секторе появляются свои лидеры, – подводит итог руководитель проекта Begin Group Алла Жаворонкова. – Тенденция к дифференциации рынка скорее всего сохранится, а позиции лидеров будут укрепляться”.

Выделяя тенденции на рынке российского бизнес-образования, руководитель Школы бизнеса ВАВТ Ольга Андреева сконцентрировалась на трех основные моментах: “Обозначились резкое усиление конкуренции, развитие все более узкой специализации программ, заметное повышение требований потенциальных потребителей к уровню образования”. Юрий Тазов набросал более полную картину: “Можно сказать, что в целом российские бизнес-школы сегодня находятся на уровне западных “середняков”, однако результаты работы ведущих школ по улучшению качества обучения и организации учебного процесса обнадеживают. Одновременно идет лавинообразный процесс создания бизнес-школ вузами, часто без четкого понимания того, что должны представлять собой эти структуры. Основные и хронические проблемы – недостаточная связь MBA-программ с практикой, нехватка отечественных кейсов, большой объем лекционных занятий, невысокая доля интерактивных форм обучения”.

Что ждет российское бизнес-образование в недалеком будущем? Сергей Календжян предсказывает, что вскоре на отечественный рынок западные школы начнут выходить самостоятельно, не тратя время на поиск местных партнеров и запуск совместных программ: “И при их мощи и налаженных внутренних процессах нам, конечно, будет тяжело”. Другие специалисты, ссылаясь на традиционную неторопливость Запада в такого рода вопросах, утверждают, что быстрого прихода крупнейших мировых школ ждать не стоит. “Мой прогноз такой: в течение трех-пяти лет на рынке появятся объединения наиболее заметных отечественных структур”, – говорит Юрий Тазов.

Критерии выбора. Кто основные потребители российского бизнес-образования? Три четверти от общего числа, по данным ВШМБ, составляют менеджеры среднего и высшего звеньев, остальные – собственники бизнеса и специалисты. Алла Жаворонкова, соглашаясь с этим лаконичным определением, добавляет: “Большинству слушателей отечественных MBA-программ около 30 лет. Их общий стаж работы довольно велик – 10 и более лет, руководящие посты они ко времени прихода в школу занимают уже в течение 2-3 лет. За последний год уменьшилось число молодых и неопытных людей”.

В последнее время слушатели становятся более подготовленными и требовательными и, выбирая учебное заведение, внимательно изучают существующие на рынке предложения, – и это хороший стимул для повышения качества программ. При выборе внимание уделяется многим факторам. Наиболее значимыми являются содержание программы (богатство курсов по выбору, объем интерактивных форм обучения), “звездность” преподавательского состава и профессиональный статус слушателей. Очень важны репутация школы и престижность диплома. Многие ориентируются на рейтинги. Помимо этого, немаловажными являются такие критерии, как наличие у программы зарубежной аккредитации, стоимость и форма обучения. Ольга Андреева выделила еще несколько существенных факторов: “Практическая направленность занятий, большой удельный вес деловых игр, тренингов и кейсов, возможность получить учебные материалы для самостоятельного освоения программ, индивидуальный подход, готовность преподавателей уделять слушателям много времени и возможность конвертировать российский государственный диплом за рубежом”.

Основными источниками информации для потенциальных студентов являются интернет, рекомендации коллег и знакомых и специализированные выставки. Практически все считают нужным посетить ряд учебных заведений перед принятием окончательного решения. Поступить в ведущие российские школы в отличие от топовых западных отнюдь не является подвигом. На данном этапе развития именно менеджеры выбирают учебные заведения. С повышением качества предлагаемых программ уже школы начнут отбирать слушателей.

Местные особенности

В регионах бизнес-образование активно развивается в городах трех типов – с оживленной бизнес-средой, в сырьевых центрах, а также там, где серьезная научно-образовательная база сформирована исторически. Несколько учебных заведений действуют в Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, Перми, Магнитогорске и Саратове. По данным Gegin Group, дороже всего обучаться в Екатеринбурге, Сургуте, Перми и Самаре – здесь придется расстаться с $9 тыс. Наиболее дешевые программы в Новосибирске, Саратове, Нижнем Новгороде и Ульяновске – можно уложиться в $6 тыс. Принципиальным отличием региональных школ является острейшая нехватка собственных квалифицированных преподавательских кадров. Кроме того, региональный рынок пока не предлагает потребителям широкого спектра специализаций – здесь в основном преподается общий и стратегический менеджмент. Именно это и побуждает местных предпринимателей к поступлению в московские и петербургские учебные заведения.

Журнал «Финанс.» № 8 (145) 27 февраля – 5 марта 2006 – Образование
Маргарита Удовиченко