Непристойное предложение

Британское правительство в течение пяти месяцев пыталось найти частного инвестора, готового спасти Northern Rock. Взяться за выполнение этой миссии были готовы две команды: менеджмент банка и владелец Virgin Group миллиардер Ричард Брэнсон. Однако власти сочли оба предложения неприемлемыми. На прошлой неделе глава британского Минфина Алистер Дарлинг сделал парламенту непристойное предложение – национализировать Northern Rock.

Жертвы госкапитализма. В странах с развитой рыночной экономикой национализация крупной компании или банка – это действительно нечто из ряда вон выходящее. Это всегда крайняя мера, к которой власти прибегают лишь в том случае, когда положение компании не просто отчаянное (ведь от банкротства никто не застрахован). Оно чревато серьезными последствиями для большого числа людей – наемных работников, если речь идет о промышленной компании, или вкладчиков – как в случае с Northern Rock. Это всегда скандал, удар по репутации людей, находящихся у власти. А уж если драма разворачивается в главном финансовом центре Европы, и основное действующее лицо – кредитное учреждение, цена ошибки регуляторов становится просто неизмеримой. Премьер-министр Гордон Браун – сам в недалеком прошлом министр финансов. Поэтому шквал критики, обрушившийся на Алистера Дарлинга, – нечто большее, чем проблема отдельно взятого ведомства. Глава британского правительства перекладывать груз ответственности на плечи преемника не стал: о намерении национализировать Northern Rock он объявил лично на организованной в спешном порядке пресс-конференции. В тот же день были остановлены торги акциями злополучного банка.

Скорее всего, именно акционеры станут главными пострадавшими в результате краха Northern Rock. Конкретная схема компенсации еще не обнародована, но эксперты хором говорят, что это наверняка будут смехотворные суммы. Многие акционеры уже сейчас готовятся к судебному разбирательству с властями. Еще одна заинтересованная группа – персонал банка – около 6,5 тыс. человек, большинство из которых рискуют потерять работу. Но, по большому счету, расплачиваться за ошибки управленцев Northern Rock придется всей Великобритании. Еще в начале февраля правительство приняло на свой баланс обязательства банка на сумму 55 млрд фунтов стерлингов, в результате чего государственный долг впервые за 10 лет перевалил за 40% ВВП.

Уроки истории. Нынче национализация – не редкое явление в странах «третьего мира»: в африканских государствах, переживающих бесконечные гражданские войны, а также в Южной Америке, где радикально настроенные социалисты вроде Уго Чавеса и Эво Моралеса приходят к власти в результате демократических выборов. Но иногда случается, что контроль над частным бизнесом получают правительства, разделяющие самые либеральные идеи. Интересами частных акционеров при этом нередко пренебрегают.

Акты национализации бывали в послевоенной истории Великобритании. В частности, в период правления Маргарет Тэтчер такая незадача случилась с кредитным учреждением: в 1986 году Банк Англии выкупил за фунт стерлингов погрязшее в «плохих» долгах финансовое подразделение компании Johnson Matthey. Ту же символическую цену правительство Великобритании уплатило в 1971 году за Rolls Royce Ltd. – в те времена производителя не только роскошных авто, но и авиационных двигателей. Они, кстати, и довели компанию до банкротства.

Последняя крупная национализация в стране случилась в 2002 году. Тогда правительство перевело оператора всей системы железных дорог страны – Railtrack – в управление некоммерческой организации. Термин «национализация» тогда предпочитали не употреблять, но при этом первоначальный план предполагал, что акционеры не получат ровным счетом ничего. И лишь после того, как на железнодорожное хозяйство вдруг нашелся частный покупатель, государство предложило им компенсацию гораздо ниже рыночной цены. Акционеры пытались судиться, но это ни к чему не привело.

В США частичная национализация железнодорожных перевозок произошла в начале 70-х, когда отрасль пришла в упадок. Банкротство накрывало одну компанию за другой, и возник реальный риск того, что пассажиров просто некому будет возить. В результате на свет появилась квазигосударственная компания Amtrak, которая существует и по сей день, ежегодно получая правительственные субсидии. Еще один пример частичной национализации целой отрасли в США – из недавнего прошлого. После террористических атак 11 сентября 2001 года обеспечение безопасности на воздушном транспорте было передано государственному агентству. Оставшиеся на рынке частные компании работают только в партнерстве с ним.

Серия банковских национализаций прошла в 1983 году. В Израиле государство получило контроль сразу над несколькими крупнейшими банками страны в результате серьезного кризиса. А в Испании тогда же правительство экспроприировало целую бизнес-империю Rumasa. В нее входили сотни компаний, включая 18 банков. Холдинг понес убытки на неслыханную по тем временам сумму $2 млрд, а его хозяин, опасаясь ареста, сбежал из страны.

Журнал «Финанс.» №08 (243) 25 февраля – 2 марта 2008 – Капитал
Анна Ким