Зачем офшору биржа

Большинство офшорных зон озаботились развитием своих фондовых рынков в конце 90-х годов. Например, на Каймановых островах биржа появилась в 1997 году, на Нормандских островах (Джерси и Гернси) – в 1998-м, на Багамах – в 1999 году. Исключения скорее подтверждают правило: фондовая биржа на острове Бермуда работает с 1971 года, но изначально она была предназначена для местных компаний и только в 1992 году ее работа была перестроена в соответствии с нуждами международных инвесторов.

Все как у людей. В определенной степени появление бирж в офшорах объясняется начавшейся в те времена кампанией по борьбе с «вредоносной налоговой конкуренцией» и отмыванием «грязных» денег. Правительства низконалоговых стран и территорий лезли вон из кожи, чтобы доказать респектабельность своих юрисдикций и вывести их из-под пристального внимания ОЭСР, FATF и Всемирного банка. Наряду с принятием «антиотмывочных» законодательств создание собственных фондовых рынков было еще одним способом заявить что-то вроде: «Мы не имеем ничего общего с сомнительными финансовыми схемами. У нас тут международный центр финансовых услуг для серьезных людей, заинтересованных в понятном и прозрачном бизнесе».

С другой стороны, создание бирж стало для офшоров не только способом поправить свой имидж. Это было продолжение целенаправленной политики формирования индустрии инвестиционных фондов. К низконалоговым зонам, выбравшим фондовую «специализацию», можно отнести Британские Виргинские острова (БВО), Бермудские острова, Каймановы острова, Нормандские острова (Джерси и Гернси), Маврикий. В этих юрисдикциях приняли достаточно либеральное (по сравнению с неофшорными странами) законодательство, регулирующее работу инвестиционных фондов. Для получения лицензии там, как правило, необходимо представить доказательства добропорядочности учредителей и профессионализма менеджмента. Кроме того, инвестиционные фонды в офшорах обязаны подавать отчетность по установленной законом форме. В собственно же инвестиционную деятельность фонда власти практически не вмешиваются, что дает в выборе финансовых инструментов большую свободу, которой лишены фонды в Европе и Америке.

Когда ликвидность не важна. Многие офшорные инвестиционные фонды стремятся получить листинг. Это дает им возможность привлечь дополнительных клиентов. Дело в том, что некоторым категориям инвесторов законодательство либо внутренняя политика запрещает иметь дело с инструментами, не прошедшими процедуру листинга на респектабельной, признанной мировым деловым сообществом бирже. В первую очередь речь идет об институциональных инвесторах: негосударственных пенсионных фондах, страховых компаниях, ПИФах и т. д. Кроме того, с получившими листинг фондами инвестору при прочих равных условиях проще работать, поскольку биржи регулярно публикуют на своих интернет-сайтах стоимость чистых активов фондов и их паев.

Именно на привлечение инвестиционных фондов и рассчитывали власти офшоров. Например, на бирже острова Бермуда прошли листинг 278 инвестиционных фондов. При этом на основной торговой площадке котируются акции лишь 10 местных компаний и на отдельной – акции еще 11 компаний малой капитализации. Гораздо лучше на бирже представлены международные компании, но и их число (40) не идет ни в какое сравнение с численностью фондов. На фондовом рынке Каймановых островов 806 взаимных фондов и акции всего 5 компаний. На бирже Нормандских островов 342 фонда открытого типа и 163 фонда закрытого типа. Менее популярная биржа Багамских островов стала пристанищем 19 взаимных фондов: их столько же, сколько и местных компаний.

По сути офшоры пытаются отбить клиентов у лидера – Ирландской фондовой биржи. Она начала привлекать инвестиционные фонды еще в 1989 году, и до сих пор значительная доля финансовых институтов нашла пристанище именно там. Сейчас в листинг Ирландской фондовой биржи входит около 4 тыс. фондов и «подфондов» (subfunds), в том числе и зарегистрированные в офшорах. Для фондов также созданы неплохие условия на биржах Люксембурга и Гонконга. Но их выбирают, если стратегия фонда предполагает фактическое обращение его бумаг на бирже. Если же цель листинга для фонда заключается в возможности привлекать институциональных инвесторов, то есть смысл получить листинг в офшоре. Это обойдется дешевле, да и требования к претендентам на «островных» биржах мягче. Поэтому сделки с бумагами инвестиционных фондов на офшорных биржах совершаются крайне редко.

Немаловажный фактор при выборе биржи для фонда – возможность улучшить его имидж в глазах инвесторов. Офшоры, по понятным причинам проигрывающие в этом смысле Ирландии, Люксембургу и Гонконгу, немало потрудились, чтобы различными способами повысить статус своих бирж. Например, биржи Бермуды и Нормандских островов добились признания британского Управления финансовых услуг (FSA) и Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC), а биржа Каймановых островов признана британской налоговой службой.

Справедливости ради нужно отметить, что фонды – не единственная специализация офшорных бирж. Например, на бирже Нормандских островов обращается более 220 ценных бумаг компаний специального назначения (special purpose vehicles, SPVs) – фирм, создаваемых с целью секьюритизации активов. Кратко можно изложить схему так: обладатель привлекательного актива (инициатор) учреждает SPV, которому уступает права на этот актив. SPV организует выпуск и размещение на рынке обеспеченных активом долговых ценных бумаг и полученными от инвесторов деньгами расплачивается с инициатором. Смысл секьюритизации заключается в удешевлении занимаемых средств, поскольку SPV несет риски только активов, под которые занимаются деньги, и не отвечает по обязательствам самой компании-инициатора. Наряду с Джерси и Гернси популярным местом листинга долговых бумаг, обеспеченных активами, в последние годы стали Каймановы острова.

Покупай российское. На многих рынках в офшорах прошли листинг фонды, созданные для вложений в активы в России и странах ближнего зарубежья. Особенно много их на Бермуде. Например, Firebird New Russia и Firebird Aurora – фонды, управляемые компанией Firebird Management и созданные на основе законодательства Каймановых островов. Первый – для инвестиций в акции российских компаний, в портфель второго включены также бумаги эмитентов из стран бывшего СССР (в частности, Казахстана и Балтии), а также Восточной Европы. Еще два бермудских фонда Novy Neft и Novy Neft II были созданы для инвестиций преимущественно в инструменты, привязанные к акциям «Газпрома». Russian Federation First Mercantile Fund – владелец 7,47% акций Rambler Media Limited, а также бумаг «Лукойла», Сбербанка, «Вымпелкома», МТС и АДР «Газпрома» – также имеет «прописку» на бермудской бирже, а в числе руководителей фонда председатель совета директоров Rambler Media Олег Радзинский. У ИГ «Ренессанс Капитал» на Бермуде получили листинг два фонда: RenGaz Holdings, структурирующий инвестиции в акции «Газпрома», а также RenShares Utilities, состоящий из двух классов акций, с помощью которых инвесторы имеют доступ к ценным бумагам российских энергетических компаний. Наконец, кипрский SWGI Growth Fund до недавнего времени был владельцем 37,5% акций компании «Новатэк» (в ходе IPO в Лондоне часть их была продана).

В списке инвестиционных фондов на бирже Каймановых островов значится East Capital Bering Russia: управляемый кайманской «дочкой» шведской компании East Capital, он специализируется на вложениях в акции небольших и средних компаний в России и других республиках бывшего СССР. На Кайманах получил листинг и Willerequity Russia and Eastern Europe. В конце июля в его портфель входили бумаги «Череповецкого МК Северсталь», РАО «ЕЭС России», а также холдинга Evraz Group SA. А фонд Gazinvest, инвестирующий в бумаги все того же «Газпрома», предпочел биржу Багамских островов.

Журнал «Финанс.» № 32 (122) 5-11 сентября 2005 – Мировые финансы
Анна Ким