Очередная биржевая сессия для Сергея Максимова, профессионального фондового спекулянта, начинается вечером – в 17.30 по Москве. Как раз в этот момент в Нью-Йорке открываются крупные фондовые площадки – NYSE, NASDAQ и Amex. Впереди шесть с половиной часов торгов, которые Сергей проведет у монитора. До начала следующей сессии нужно будет еще разобрать результаты заключенных сделок, проанализировать динамику рынка и набросать примерный торговый план. Такой режим собеседника «Ф.» не пугает – давно вошел в привычку. Тем более что альтернативного для себя варианта он не видит: «Российские биржи? Нет, пробовал, спасибо».
Маржинальная сказка. Чем же так прельщают заокеанские дали? Для Сергея Максимова особенно важны две вещи – возможность пользоваться очень большими кредитными плечами и огромное количество ликвидных акций на площадках.
На торговле с кредитным плечом остановимся чуть подробнее. Американский фондовый рынок не даром считается одним из самых «зарегулированных» в мире. Брокерские компании жестко ограничены в максимальном размере займов, которые они предоставляют рядовым клиентам на покупку ценных бумаг или открытие коротких позиций. Чтобы получить плечо один к трем, инвестор должен располагать активами на сумму как минимум $25 тыс. Кстати, с весны 2006-го аналогичные правила действуют в России.
Но все-таки существуют способы обойти ограничения. Ведь на любом континенте найдутся частные инвесторы, не желающие ждать, пока их скромный капитал прирастет «органическим путем». Именно такую категорию биржевых игроков обслуживают компании, которые с юридической точки зрения брокерами не являются. Они сами выходят на площадки через крупные брокерские дома. Как участники рынка, они сдают кое-какую отчетность в американскую комиссию по ценным бумагам и биржам (SEC). Однако требования к ним менее суровые, чем к официальным биржевым посредникам. Это позволяет применять следующую схему. Инвестиции клиентов оформляются как взносы в уставный капитал. Одновременно каждого такого инвестора принимают в штат на должность трейдера. В уставе и договоре с клиентом расписывается распределение доходов и другие условия торговли. По такому же принципу работает компания CY Group Trading, через которую торгует Сергей Максимов. Юридическая сторона его не смущает, как и рыночные риски. Кредитное плечо в его портфеле достигает соотношения один к двадцати. А некоторым клиентам доступны еще большие плечи. Очевидно, что опасности при такой торговле подстерегают на каждом шагу.
Чьи «фишки» голубее? В американских площадках привлекает и большое число ликвидных инструментов. Сергей Максимов пытался применить свою торговую стратегию на ММВБ и в FORTS, но результаты оказались неудовлетворительными. Его интересуют бумаги с большим объемом торгов и сильным «размахом» котировок. На российских биржах подобных инструментов не более десятка. Часто получалось, что за день Сергей находил лишь один-два подходящих момента для заключения сделки. В то время как на площадках США ликвидных бумаг – не одна сотня. Соответственно, условия для покупки или продажи пакетов складываются буквально каждые пять минут.
Впрочем, россияне не всегда идут на западные рынки для спекуляций. Например, инвесторы могут диверсифицировать долгосрочные портфели. А крупные участники торгов до сих пор «играют» на разнице между котировками локальных российских акций и соответствующих депозитарных расписок (ADR и GDR). Возможностей для арбитражных операций все меньше, тем не менее они сохраняются. Наконец, некоторые российские активы можно купить только в Лондоне или Нью-Йорке. В этом смысле показателен пример «Евраза». С начала года его GDR подорожали на Лондонской фондовой бирже (LSE) почти на 170%. Индекс РТС за этот период прибавил лишь 20% с небольшим. Так что «инвестиционных» покупателей бумага явно не разочаровала.
«С точки зрения инвестирования и спекуляций американский фондовый рынок предоставляет намного больше возможностей, чем российский», – считает начальник торгового департамента ИК «Ай Ти Инвест» Сергей Паршиков. Но его клиенты не очень интересуются доступом на площадки США: отечественные все же ближе и понятней. Отпугивают и комиссионные – они слишком высоки при торговле на небольшие суммы.
«На многих зарубежных рынках ценные бумаги торгуются крупными лотами, поэтому средний размер сделки выше, чем в России. Отсюда и более высокий порог для входа», – уточняет директор по работе на иностранных рынках «КИТ Финанса» Зоя Евдокимова.
«Не наши» и дорогие. Во сколько обойдется инвестору покупка, скажем, пакета «Евраза» на LSE стоимостью $20 тыс.? Зоя Евдокимова приводит такие цифры: минимальная комиссия «КИТ Финанса» за выставление заявки – $20, биржевой сбор не взимается. В ИГ «Капиталъ», по словам главного трейдера отдела фондовых операций Сергея Прусова, затраты составят 0,318% от суммы сделки, то есть около $64.
Приобретение бумаг «СТС Медиа» на NASDAQ (на такую же сумму) будет стоить свыше $16,37, приводит еще один пример Зоя Евдокимова. Столько оставит себе брокерская компания, а вот биржа сообщит о точном размере комиссионных уже после регистрации сделки. При этом «КИТ Финанс» взимает плату за хранение бумаг в размере 0,02% годовых от стоимости пакета по состоянию на конец месяца.
Размер брокерской комиссии на американских площадках зависит не от капитала, задействованного в единичной сделке, а от числа операций, рассказывает Сергей Паршиков. Открыть и закрыть позицию по акции стоит от $10 до $25 – в зависимости от объема и использования электронных коммуникационных сетей (ECN). Допустим, клиент «Ай Ти Инвеста» проводит 100 сделок в месяц. В этом случае с него удержат минимум $1 тыс. При депозите, скажем, в $10 тыс. покрыть такие издержки очень трудно. «На российских биржах клиент с аналогичной суммой и оборотом в три раза выше заплатит комиссионных в два раза меньше», – приводит расклад Сергей Паршиков.
Раша? Гудбай! «Затратную» тему продолжает заместитель руководителя департамента операций на фондовом рынке ИФК «Метрополь» Александр Захаров: «Плата за сделку с западными бумагами, которые покупаются или продаются через системы DTC или Euroclear, составляет порядка $20. Нам не приходилось проводить расчеты по иностранным инструментам через реестр. Правда, если акции торгуются на LSE в секции AIM и их покупатель не является маркет-мейкером на этом рынке, то в ряде случаев нужно заплатить гербовый сбор (stamp-duty). Он сильно увеличивает стоимость сделки». Этот сбор составляет 0,5% для английских бумаг и 1% – для ирландских. Подчеркнем, что им не облагаются операции на той же площадке с депозитарными расписками (ADR и GDR).
В принципе, частный инвестор может сэкономить, если для выхода на западные рынки откроет счет непосредственно в зарубежном брокерском доме, говорит один из собеседников «Ф.». Зато наверняка возникнут проблемы с российским банком при перечислении и выводе денег. К тому же, все документы будут на английском языке.
Первый заместитель генерального директора «Атона» Сергей Рыбаков напоминает, что крупные западные брокеры могут отказать в открытии счета обычному российскому гражданину. Россию они ассоциируют с повышенными рисками, поэтому для мелкого клиента вряд ли сделают исключение. «В результате инвестору придется работать с малоизвестным брокером, что зачастую означает задержки и невысокое качество обслуживания», – предупреждает Сергей Рыбаков.
Управляющий директор и глава департамента брокерского обслуживания ИК «Ист Кэпитал» Алексей Иванов обращает внимание на более строгое и формализованное отношение западных компаний к своим клиентам. Лишь крупным частным инвесторам (с активами от $500 тыс.) целесообразно открывать счет у зарубежного брокера, чтобы получить доступ к западным инвестиционным, пенсионным, страховым и кредитным программам. «В этом случае отечественные инвестиционные компании пока не могут быть достойными конкурентами западным коллегам», – полагает Алексей Иванов.
ДЕЛО ТЕХНИКИ: Из чужого терминала
Как технически организован доступ на зарубежные биржи?
Чаще всего инвесторы могут заключать сделки через торговые терминалы западных участников рынка, которые им предоставляют российские брокеры. При этом обмен информацией между двумя брокерскими домами проходит по защищенному интернет-каналу, рассказывает Сергей Рыбаков. Реже российский партнер использует для связи с западным специальные каналы связи. Соединение получается более быстрым и устойчивым, но его обслуживание обходится дороже.
Некоторые компании транслируют котировки с зарубежных площадок в том же терминале, что и с российских бирж. Для инвестора это самый удобный способ торговли. Как правило, можно также отдавать приказы «с голоса». Тогда брокер сам выставит их в терминал западного партнера либо позвонит ему и передаст торговое поручение.
Основные риски связаны со скоростью и устойчивостью всей этой системы. При использовании специальных каналов риски ниже, чем с интернет-соединением.
Журнал «Финанс.» №44 (230) 19 ноября – 25 ноября 2007 – Инвестиции
Олег Мальцев
Подписывайтесь на телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside.