Правительство Германии выступило с сенсационным заявлением: кабинет министров канцлера Герхарда Шредера призвал к созданию европейского рейтингового агентства в противовес уже существующим американским агентствам Standard & Poor’s (S&P) и Moody’s Investor Service. “Создание подобного агентства было бы весьма позитивным шагом”, – заявил министр финансов Германии Дитрих Джахн, не преминув добавить при этом, что S&P и Moody’s “сосредоточили в руках слишком много власти”.
На первый взгляд может показаться непонятным, о какой власти идет речь. Ведь S&P и Moody’s являются не государственными структурами и не военными подразделениями, а рейтинговыми агентствами с более чем столетней историей. И вплоть до последних нескольких лет европейские компании не возражали против того, чтобы оба агентства присваивали их активам свои рейтинги. Идея о создании альтернативного “национально чистого” европейского агентства даже не возникала.
В последние два года ситуация изменилась. Торговая война, а теперь и иракский вопрос предельно обострили отношения между США и Старым Светом. И европейские компании убеждены, что агентства S&P и Moody’s снижают сейчас их рейтинги вовсе не потому, что пострадала кредитоспособность, а из-за того, что таким образом США мстят Европе за особое мнение по Ираку.
Последней каплей стало снижение рейтингов сразу нескольким немецким компаниям, причем в число “несчастных” попала и одна из старейших компаний в Германии – ThyssenKrpp. “Эти агентства не понимают немецкой экономической культуры, – заявил один из лидеров демократической партии Иоахим Шредер. – Их влияние становится проблемой для нашей экономики”.
Пока, конечно, неизвестно ни то, каким будет европейское агентство, ни его название. Да это и не важно. Важно другое – монополия американских рейтинговых институтов давно вызывает раздражение у бизнеса стран еврозоны. И никакие заверения руководителей агентств о том, что их решения непредвзяты и политически не мотивированы, не убеждают европейцев. Они считают, что единственной гарантией объективности при присвоении рейтингов компаниям Старого Света могло бы стать создание альтернативного агентства, которое бы при принятии решений исходило бы исключительно из экономических факторов, а не из того, нравится США или нет позиция ЕС по иракскому вопросу и проблемам “торговой войны”.
Собственно говоря, России тоже есть над чем задуматься. Проиракская позиция, которую заняло политическое руководство, вполне может обернуться для страны либо потерей нынешнего уровня рейтинга (ВВ по шкале агентства S&P, Ва по шкале агентства Moody’s), либо замедлением темпов роста рейтинга. Так, за время, прошедшее после августовского кризиса, агентства повышали суверенный рейтинг России семь раз, так что он из совершенно “провального” рейтинга S/D (selective defalt – выборочный дефолт) достиг своего нынешнего, пусть не слишком высокого, но вполне приемлемого уровня. Сейчас рейтинг России свидетельствует о том, что ее финансовые инструменты продолжают рассматриваться на рынках капитала как спекулятивные активы. Но в то же время до заветного инвестиционного рейтинга, который начинается с пункта ВВВ по шкале агентства S&P, России остается всего два шага. Путь, который Россия при благоприятных условиях вполне может одолеть за год или два.
Так все выглядит во всяком случае в теории. На практике же перспективы дальнейшего повышения российского рейтинга могут быть не такими сияющими. Хотя руководители агентств S&P и Moody’s отрицают, что на их решения оказывают влияние политические факторы, действительность заставляет усомниться в этом. Взять хотя бы тот же российский рейтинг. Сейчас он всего лишь на одну ступень превышает тот, который был присвоен России в 1996 году. “Ясно, что теперь ситуация в экономике страны принципиально иная, чем она была тогда: сейчас Россия который год подряд сводит бюджет с профицитом, тогда мы жили в условиях постоянного бюджетного дефицита, который с каждым годом увеличивался. То, что в 1996 году нам был присвоен сравнительно высокий уровень рейтинга, можно объяснить одним: в преддверии президентских выборов агентства хотели поддержать кандидата от демократических сил Бориса Ельцина. Если бы не этот фактор, вряд ли бы Россия могла рассчитывать на такой уровень рейтинга – по экономическим показателям она на него явно не тянула”, – считает экономист ИК “АТОН” Алексей Воробьев.
Если так, то что мешает сейчас слегка занизить или притормозить процесс предоставления России новых уровней рейтинга, коль скоро страна позволяет себе иметь “особое мнение” по иракскому вопросу. Так что рейтинг страны действительно может стать жертвой политического противостояния.
Журнал «Финанс.» № 2 (2) ФИНАНСОВЫЕ УСЛУГИ – Рынки
Анастасия Рыкова
Подписывайтесь на телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside.