В начале ноября Сергею Сторчаку было предъявлено обвинение в подготовке к хищению $43,4 млн, которые Минфин планировал передать компании «Содэксим». Как уверяют в ведомстве, в 1996 году «Содэксим» направил министерству $24,2 млн – этот долг с учетом набежавших процентов Минфин и планировал возместить компании. Деньги перечислялись в рамках урегулирования задолженности Алжира перед СССР, общая сумма которой составляла $4,7 млрд. «Содэксим» передал Минфину часть средств, предполагая в дальнейшем получить с алжирской стороны товары, однако это не удалось, а в 2006-м весь долг Алжиру был списан. Как утверждают в Следственном комитете Генпрокуратуры РФ, «Содэксим» не имел права претендовать на возмещение, так как 11 лет назад вообще не вносил никаких денег – за него это сделала «Санта Рат». По одной из версий, «Содэксим» выкупил право требования долга с большим с дисконтом, а замминистра, имея личную заинтересованность, пролоббировал в правительстве выплату всей суммы с процентами.
Сергею Сторчаку было предъявлено еще одно обвинение – в том, что в 1995 году он превысил служебные полномочия в процессе урегулирования задолженности СССР перед Кувейтом на сумму $1,7 млрд. Кувейт готов был простить часть долга, однако в Минфине почему-то решили погашать всю задолженность. В минувшую среду обвинение было снято. В тот же день при обыске в квартире замминистра нашли $1 млн наличными.
«Вероятность того, что арест Сергея Сторчака носит исключительно политический характер и направлен на министра финансов Алексея Кудрина, настолько высока, что мне кажется нецелесообразным искать иные версии случившегося, – рассказал «Ф.» источник, попросивший не называть его имени. – Это открытый конфликт главы Минфина с «силовиками». И второе обвинение, вне всякого сомнения, было предъявлено для того, чтобы подстраховаться на случай, если Мосгорсуд снимет первое и, паче всякого чаяния, примет решение освободить задержанного». Политтехнолог Денис Терехов поддерживает версию открытой политической борьбы с Алексеем Кудриным. «Решения подобного уровня не могут приниматься без санкции президента, – уверяет Денис Терехов. – Следовательно, удар по Сторчаку – это даже не косвенная, а прямая атака на его непосредственного начальника. Скорее всего, это связано с тем, что в последнее время министр финансов стал рассматриваться представителями «либерального крыла» как возможный кандидат в президенты, и «силовое крыло» нанесло превентивный удар». Впрочем, большинство источников «Ф.» поддерживают эту версию лишь отчасти, полагая, что Алексей Кудрин может претендовать только на кресло премьера.
Есть и иная, экономическая версия происходящего. Все претензии к задержанному Сергею Сторчаку так или иначе касаются стран, куда поставлял оружие «Рособоронэкспорт». «В вопросе с Кувейтом $600 млн – это сумма процентов по долгу, которая погашалась поставками оружия. Кувейтская сторона готова была вовсе отказаться от процентов, взяв с России только основную сумму ($1,1 млрд) «живыми» деньгами. Это справедливо, ведь в свое время заем Советскому Союзу предоставили, чтобы он не поддерживал Ирак в войне с Кувейтом, – рассказал «Ф.» директор Проекта национального развития, бывший руководитель департамента внешнего долга Минфина России Андрей Черепанов. – Однако «Рособоронэкспорту» выгодно совершать поставки, так как, отдавая оружие Кувейту, он получает возмещение из бюджета».
Похожая история была и со списанием долга Алжира, который вполне мог быть погашен. Во всяком случае, как уверяет Андрей Черепанов, реальных причин, почему это было невозможно, не видно. «Здесь снова всплывает интерес «Рособоронэкспорта», – продолжает эксперт. – Было принято решение поставлять в Алжир оружие, но это смотрелось бы нелогичным при наличии крупного долга. Поэтому и был придуман оригинальный выход из положения – списать прежний долг и формировать новый за счет поставок оружия». Есть мнение, что Сергей Сторчак был одним из тех, кто не поддерживал интересы «Рособоронэкспорта». В пользу этой версии говорит тот факт, что буквально сразу после ареста Минфин сделал предоплату по хорватскому контракту «Рособоронэкспорту». Соответствующие переговоры длились больше года – финансовое и оборонное ведомства никак не могли договориться об условиях поставок. А именно о так называемом «бюджетном» коэффициенте: «Рособоронэкспорт» полагал, что за поставленное оружие из бюджета ему должно выделяться 100%, а Минфин в лице Сергея Сторчака настаивал на 80%.
Журнал «Финанс.» №47 (233) 10 декабря – 16 декабря 2007 – Капитал
Инга Коростылева, Наталья Шакланова
Подписывайтесь на телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside.