Специалист Высшей школы экономики Дмитрий Мирошниченко постфактум провёл анализ баланса банка «Открытие» и выяснил, что проблемы банка по можно было распознать заранее, до принятого ЦБ решения о санации.
Обычным вкладчикам в отличие от профессиональных экономистов подобный анализ провести затруднительно.
Информация без задержки публикуется в телеграм-канале Финсайд.
Специалист Института «Центр развития» НИУ ВШЭ Дмитрий Мирошниченко постфактум изучил официальную отчётность банка «ФК Открытие» и санируемого им банка «Траст». Расчёты показали: признаки серьёзного дефицита ликвидности появились задолго до того, как летом 2017 года о проблемах заговорили рейтинговые агентства и СМИ.
Банк России объявил о санации «Открытия» 29 августа 2017 года. На тот момент это был системно значимый банк, занимавший восьмое место в России по размеру активов. Его крах мог затронуть не только вкладчиков, но и другие банки, пенсионные фонды, страховые компании и крупных корпоративных клиентов.
Для анализа Мирошниченко свёл балансы «Открытия» и «Траста», который группа получила на санацию в конце 2015 года. Это было необходимо, поскольку внутри банковских групп активы могли «перевешиваться» с баланса одной организации на другую, скрывая реальное положение всей группы.
Первым тревожным сигналом стало падение объёма денег, поступавших в банк, относительно размера его баланса. По методике Мирошниченко, для нормального универсального банка этот коэффициент должен превышать единицу, а устойчивым можно считать диапазон от двух до четырёх. В марте 2016 года показатель «Открытия» опустился ниже тревожной отметки 1,5, а в июне рухнул до 0,5 и больше не вышел из кризисной зоны. По мнению автора исследования, уже тогда контрагентам следовало закрыть кредитные лимиты на банк.
Второй признак — чрезмерная зависимость от межбанковских кредитов. Такие займы сами по себе являются обычным инструментом управления ликвидностью, однако нормально работающий банк прибегает к ним эпизодически. «Открытие» же с декабря 2015 года постоянно нуждалось в крупных заимствованиях, чтобы выполнять текущие обязательства.
Особенно опасной стала высокая доля однодневных межбанковских кредитов — самого неустойчивого источника финансирования. Критическим Мирошниченко считал уровень 5% обязательств. «Открытие» приблизилось к нему весной 2016 года, а в июне окончательно превысило. Таким образом, сразу несколько независимых показателей указывали, что собственный приток денег в банк уже не соответствовал масштабу его операций.
Необычно выглядело и поведение корпоративных заёмщиков. В крупном рыночном банке на погашение кредитов обычно направляется 4–8% поступающих средств. Значение выше 20% уже вызывает вопросы о реальности бизнеса клиентов. В «Открытии» с августа 2016 года этот показатель временами превышал 100%.
Это означало, что погашение кредитов происходило преимущественно не за счёт денег, пришедших клиентам от внешних контрагентов. Средства, вероятно, циркулировали внутри самой группы: один её участник переводил их другому, создавая видимость оборота и обслуживания задолженности. Мирошниченко назвал такую конструкцию закрытой «субэкономикой “Открытия”».
Средства предприятий находились на расчётных счетах банка в среднем всего один день. Для сравнения: у сопоставимого по размеру Альфа-банка — 2,3 дня, в банковской системе в целом — около 2,5 дня. Формально это выглядело как чрезвычайно активная хозяйственная деятельность клиентов. Но при слабом поступлении денег извне столь высокая скорость оборота скорее подтверждала, что средства многократно перемещались внутри группы.
Наконец, нестабильность оборотов по кредитному портфелю юридических лиц у «Открытия» более чем вдвое превышала среднее значение по банковской системе и почти втрое — показатели большинства крупных частных банков. Это указывало на повышенную зависимость от отдельных крупных заёмщиков.
Таким образом, Мирошниченко выделил три даты, когда проявлялись ключевые симптомы: декабрь 2015 года, июнь и август 2016 года. Иными словами, проблемы можно было увидеть примерно за год-полтора до санации — без инсайдерской информации, только по публиковавшейся отчётности.
Широкая публика узнала об угрозе значительно позже. В июле 2017 года АКРА присвоило «Открытию» рейтинг BBB−, после чего банк лишился возможности привлекать некоторые бюджетные и пенсионные средства. В июне—июле отток клиентских денег достиг 433 млрд рублей, или 26% ресурсной базы. Затем появилось письмо сотрудника «Альфа-Капитала» с предупреждением о рисках в нескольких крупных частных банках. Паника усилилась, и спасти «Открытие» без вмешательства регулятора стало невозможно. АКРА
Важная оговорка: предложенные Мирошниченко коэффициенты не были официальными нормативами ЦБ, а исследование проводилось уже после санации. Поэтому оно не доказывает, что банк неизбежно должен был рухнуть именно в 2017 году. Однако сочетание слабого внешнего денежного потока, постоянной зависимости от краткосрочных заимствований и замкнутого движения средств внутри группы представляло собой отчётливый комплекс тревожных сигналов.
«По-хорошему, уже с начала 2016 года контрагенты должны были закрыть лимиты на “Открытие”, но они этого не сделали — явный прокол риск-менеджмента», — заключил Мирошниченко. Примечательно и другое его замечание: руководство банка, судя по всему, даже не пыталось тщательно скрыть дисбалансы — они оставались видны в официальной отчётности.
Подписывайтесь на телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside.