Арбитражный суд г. Москвы (дело № А40-124668/17-71-160Ф, определение в полном объёме от 05.03.2018) рассматривал разногласия в деле о банкротстве гражданина Царькова Ильи Игоревича. Должник признан банкротом 24.10.2017, введена процедура реализации имущества на 6 месяцев, финансовым управляющим утверждён Леонов А.И.
Финансовый управляющий заявил ходатайство: включить в конкурсную массу «содержимое криптокошелька» на сайте blockchain.info и обязать должника передать доступ (пароль). В заседании уточнили идентификатор кошелька (он изменился после восстановления доступа). Должник представил нотариально удостоверенный протокол осмотра веб-страниц, где отражён баланс кошелька: 0,19877321 BTC (примерно 125 тыс. руб. на дату фиксации), ETH и BCH — 0.
Позиция управляющего: криптовалюта — имущество должника; цель процедуры — максимально выявить активы и удовлетворить кредиторов, поэтому такой «ликвидный актив» нельзя выводить из конкурсной массы; нужен доступ для последующей реализации. Позиция должника: российское законодательство тогда не регулировало криптовалюту, её правовой статус не определён, она не является объектом гражданских прав; государственная принудительная защита «права на криптовалюту» невозможна, поэтому включать её в конкурсную массу нельзя.
Суд, изложив нормы о конкурсной массе (ст. 213.25 Закона о банкротстве), обязанностях финансового управляющего по выявлению имущества и общих правилах об имуществе гражданина (ст. 24 ГК РФ), перешёл к ключевому вопросу: можно ли считать криптовалюту объектом гражданских прав/имуществом, подлежащим включению в конкурсную массу. Суд отметил, что на тот момент в РФ отсутствовало законодательное определение криптовалюты и её правовой природы (деньги, суррогат, имущество, актив, информация и т.п.), порядок обращения не урегулирован, а применение аналогии затруднено. Также суд сослался на публичные предупреждения Банка России о рисках «виртуальных валют» (спекулятивность, отсутствие обеспечения и обязанных лиц, анонимность, возможная вовлечённость в отмывание доходов/финансирование терроризма), и на то, что криптовалюта децентрализована, транзакции не контролируются и не обеспечиваются принудительной силой государства.
Отдельно суд подчеркнул: из-за анонимности и отсутствия контролирующего центра нельзя с достаточной определённостью установить принадлежность криптовалюты в данном кошельке именно должнику (только факт доступа не равен юридически подтверждённому праву собственности в привычном смысле).
Вывод: «криптовалюта» не поименована в ст. 128 ГК РФ как объект гражданских прав и фактически находится вне правового поля РФ на тот момент; поэтому содержимое криптокошелька не подлежит включению в конкурсную массу, а требование обязать должника передать пароль удовлетворению не подлежит.
Резолютивно: в удовлетворении ходатайства финансового управляющего отказано; определение можно обжаловать в 14-дневный срок в 9-й ААС.
Подписывайтесь на телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside.